Фото из открытых источников

О том, в чем причина неудач прошлых лет и что надо сделать, чтобы они не повторились в будущем, мы говорили с председателем парламентской фракции “Народные коммунисты” в мажилисе Айкыном КОНУРОВЫМ.

– Вы не единожды указывали разработчикам Программы индустриального развития на ошибки и недочеты. Концепцию третьей пятилетки уже успели посмотреть? Как она вам?

– Да, за праздничными мероприятиями как-то незаметно для всех правительство одобрило концепцию третьей промышленной пятилетки, которая стартует с 2020 года. Как мне кажется, сейчас, пока еще есть только план, принципиально важно снять ряд концептуальных вопросов.

И для начала неплохо было бы провести полноценный анализ второй пятилетки, которая будет продолжаться еще год. В этот раз разработчики программы, нужно признать, сделали определенные выводы из прошлых ошибок.

Главное новшество, которое хотелось бы отметить, – будет осуществлен переход от отраслевых приоритетов в пользу поддержки эффективных производителей во всех отраслях обрабатывающей промышленности.

Иными словами, государство не будет решать за бизнес, какие производства ему лучше развивать. По итогам первых двух пятилеток ФИИР видно, что у госорганов не получилось справиться с этой функцией.

– Почему конкретно, на ваш взгляд, принцип плановой экономики, работавший в СССР много десятилетий, не смогли использовать функционеры независимого Казахстана?

– Потому что отраслевые приоритеты на самом деле и не выстраивались. По факту регионы просто давали список проектов, которые предлагали предприятия, и из них сводилась единая карта индустриализации, которая уже подгонялась под приоритеты.

Тем не менее правительство все равно пытается сгруппировать предприятия по категориям: “крепкий тыл” – поставщики на внутренний рынок, “конкурентоспособные производители” – экспортеры, “центры тяжести” – крупные сырьевые и полусырьевые проекты.

Соответственно каждая группа имеет свою специфику и для каждой нужны свои меры поддержки. Это вполне логичный подход, с которым нельзя не согласиться.

Правильной выглядит и идея о том, чтобы предоставлять предприятиям господдержку в обмен на встречные обязательства бизнеса по достижению конкретных показателей (модернизация, рост экспорта).

Об остальных новшествах пока еще трудно судить, поскольку они представлены в очень общем виде. Проактивная торговая политика, создание специализированных факторов производства в точках роста, создание новых капиталоемких и наукоемких производств, прямая поддержка эффективных предприятий на внутреннем и внешнем рынках – все это звучит хорошо. Но важно понять, как это предлагается конкретно реализовать на практике, через какие программные инструменты.

– Судя по выступлению главы государства на Дне индустриализации, главный инструмент – это деньги: даешь результат – легче получить кредит. Но только ли в кредитах дело?

– Кредитование – важнейшая часть развития экономики и абсолютно правильно, что в рамках третьей пятилетки акцент будет сделан на него, а не на субсидии. Но и тут правительству важно провести работу над ошибками.

Стоит откровенно признать, что банковское кредитование на промышленность совершенно не настроено.

В результате государственное субсидирование стало не вспомогательным инструментом, а основным. Но это ненормально, с таким подходом развитие конкурентоспособного обрабатывающего сектора в принципе невозможно.

Наконец, с этим сопряжена проблема отсутствия института экономической экспертизы производственных проектов. Есть экспертиза чисто экономическая, есть чисто техническая, а вот специалистов, способных оценить это в совокупности, остро не хватает. Поэтому и сложился такой парадокс, что дефицит денег сейчас не так проблематичен, как дефицит качественных проектов, куда можно инвестировать.

При этом правительство отмечает, что пока еще не сформирована критическая масса предприятий. В ответ предлагаются такие меры, как расширение объемов производства, номенклатуры и сложности обработанных товаров для внешних рынков, увеличение промышленных мощностей. Но разве дело в массе?

Ведь главная проблема первых двух этапов индустриализации – именно избыток незагруженных мощностей.

И мы опять рискуем наступить на те же грабли, начиная с вопроса о производстве, хотя первым должен стоять вопрос о выборе пользующейся спросом продукции – такой, которую не придется потом выкупать государству через госзаказ или бюджетное субсидирование, как это произошло с автопромом.

– Но насколько в принципе нормально, что в стране строятся дорогущие фабрики с ненужным потребителю товаром? Разве не бизнесмены в первую очередь должны оценивать свои риски?

– В чем-то вы правы. Ключевая проблема отечественной обрабатывающей промышленности – это слабая связь с рынком. Речь идет именно о товарах с высокой добавленной стоимостью, поскольку те же углеводороды, руды и металлы давно включены в транснациональные цепочки поставок. А вот по остальным – огромное отставание от зарубежных конкурентов, которые обладают мощнейшими маркетинговыми службами, вооружены долгосрочными исследованиями рынков. У нас всего этого нет, предприятия идут “вслепую”.

Они выпускают продукцию, которую сами считают хорошей, а потом искренне не понимают, почему потребители не становятся в очередь.

Но нельзя отменять и то, что другие страны занимаются стратегическим маркетингом и на национальном уровне, определяя свои ниши, специализацию на мировом рынке. Это крайне важно и для нас, ведь индустриализация продвигается не в лабораторных условиях, а при серьезных изменениях внешней среды.

Здесь и торговые, и санкционные войны, в которые вовлечены наши крупнейшие экономические партнеры, и углубление евразийской интеграции, и амбициозные промышленные планы соседнего Узбекистана.

Все это нужно учесть, и это серьезная исследовательская работа, которая должна быть базовой составляющей.

Да и в принципе в третьей программе индустриализации должны найтись ответы на все сложные вопросы, тогда очередная пятилетка сможет “выстрелить”.

Автор: Анна Величко

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here